Интервью с председателем Комитета по энергетике Государственной Думы Российской Федерации П.Н. Завальным

« Назад

03.08.2015 10:21

ZavalniyИнтервью с председателем Комитета по энергетике Государственной Думы Российской Федерации П.Н. Завальным

Ассоциация «СИНО-РУС» совместно с китайской газетой «Энергетические новости» подготовила интервью с председателем Комитета по энергетике ГД РФ Павлом Завальным в свете межпарламентского форума БРИКС в Москве.

1. Энергетическое сотрудничество стало важной составной частью отношений стратегического партнерства России и Китая, это одна из областей, которым главы государств и премьер-министры уделяют наибольшее внимание и развитию которой способствуют наиболее активно, в то же время сотрудничество в этой области является важным направлением в практическом деловом сотрудничестве России и Китая. Какие новые направления в области энергетического сотрудничества России и Китая Вы видите, заняв пост председателя Комитета Государственной Думы по энергетике в Российской Федерации? Существует ли необходимость создания новых подходов для расширения и углубления энергетического сотрудничества России и Китая в нынешней обстановке?

-Основа энергетического сотрудничества – это поставки энергоресурсов. Китай – одна из наиболее быстро развивающихся стран в мире, и, соответственно, он нуждается в ресурсах, в энергии и, прежде всего, в экологически чистой энергии, которой является природный газ. Мы обладаем этими ресурсами и, соответственно, готовы поставлять большие, значительные объемы (более 100 млрд. кубических метров в год). Это одно из направлений сотрудничества. В то же время, есть предложения и поставки электроэнергии. Возможно сотрудничество в высокотехнологичных отраслях  газопереработки,  газохимии, проекты могут быть реализованы как на территории Российской Федерации, так  и на территории  Китая.

В Китае в последние годы занимаются, допустим, широким применением газомоторного топлива, как в виде и сжиженного природного газа, так и сжатого природного газа. У нас тоже реализуется такая программа, сегодня мы создаем все необходимые условия для масштабного перевода транспорта на газомоторное топливо. Решая задачу, мы достигаем сразу шестого класса топлива по экологичности. И, соответственно, значительно улучшим экологическую обстановку, особенно в больших городах, вдоль больших магистралей, вдоль которых тоже живут люди. Это сфера – также поле для сотрудничества.

Для России сегодня Китай является стратегическим партнером, что предполагает обмен активами на всех стадиях совместного освоения месторождений: разведки, добычи, транспортировки и переработки. Такие проекты, как, например, совместное освоение Ванкора, это как раз начало работы по обмену активами. Все проекты энергетического сотрудничества подкреплены договоренностями на межправительственном уровне. Так, совсем недавно Государственная Дума утвердила межправительственное соглашение о поставках природного газа в Китай по «восточному маршруту»

2. «Сланцевая революция», взявшая свое начало в США, оказала большое влияние на традиционную нефтегазовую отрасль.  Как Вы рассматриваете это явление? Имеет ли это отношение к нынешнему понижению цены на нефть?

- Сланцевая революция – это уникальное явление в сфере добычи как нефти, так и газа. Но, для любой революции должна создаться революционная ситуация. Революционная ситуация – это ряд факторов, которые способствуют реализации, скажем, какой-то идеи. Такой набор факторов сложился в Америке, я перечислю просто некоторые из них. Первое - наличие больших запасов газа и нефти. Второе – глубины, которые позволяют недорого бурить. Третье – это порода, в которой находится сланцевые нефть и газ, она относится к так называемой зрелой породе, которая способна к растрескиванию. С этой точки зрения, геологической, в Америке идеальная порода. Почему, допустим, в Польше не пошло, в том числе, потому что порода не идеальная. В Китае ситуация немножко лучше.

В то же время, есть вопросы технологических ограничений. Для проведения гидроразрыва необходимо большое количество воды - на 1 гидроразрыв, скважину, уходит где-то 1,200-1,500 кубов воды. Просто такие объемы воды физически где-то надо взять. Допустим, в Китае эту воду взять негде, потому что сланцевые месторождения находятся в безводных районах. Поэтому технологию надо дорабатывать. Далее - экологические ограничения. Американцы убеждают, что только в отдельных случаях после гидроразрыва будет отравленная вода, а в остальных случаях – нет. То есть,  возникают риски. Поэтому Европа очень осторожно к этому подошла, потому что она более густонаселенная, чем те места, где добывается сланцевые нефть и газ в Америке.  

Следующий вопрос – технологическая готовность. В Америке самая длительная история добычи нефти и газа, в том числе, трудноизвлекаемых, самый значительный опыт. Следующее – конкуренция. В Америке 7,5 тысяч компаний, включая малый и средний бизнес, работающих также с мелкими месторождениями, развит нефтесервис.  Вот эта высокая конкуренция, технологическая готовность и были  ключевым фактором.

Следующий фактор – ценовой. Последние десять лет были высокие цены на нефть (больше 100 долларов за баррель). Ценовой фактор, даже при наличии конкуренции, геологический возможностей, не покрывал затраты по добычи этой нефти и газа. Себестоимость сланцевой нефти и газа, даже при лучших технологиях, сегодня составляет порядка 50-60 долларов за баррель, а по газу превышает 200 долларов за тысячу кубов. Поэтому, добывать его выгодно, когда газ идет вместе с конденсатом, потому что конденсат продается по цене нефти, а газ, как сопутствующий продукт, потому что его можно использовать по более низким ценам (складывается экономика). Поэтому, чтобы эта революция случилась, в Америке сошлись все эти условия. Если какого-то условия нет – революция не случится. Допустим, нет воды, нечем делать гидроразрывы, нет технологий, нечем бурить. Допустим, нет породы, которая способна растрескиваться – эффекта тоже не будет. Или глубины большие, себестоимость добычи крайне высокая, неконкурентоспособная. Это многофакторная модель. Поэтому я не верю в успех «сланцевой революции», сланцевого нефти и газа в том же Китае, или будут добываться небольшие объемы. То же самое в Европе, в какой угодно стране.

Это имеет непосредственное отношение к ценам на нефть. Неважно, каким способом добыта эта нефть или газ, важно, какой  на рынке спрос и предложение. К сожалению, рынок нефти характеризуется высокой неэластичностью. Когда в сутки добывается 92 млн. баррелей нефти, при этом  изменение спроса или предложения на 100-200 тысяч баррелей в сутки, приводят к непропорциональным изменениям стоимости.   Изменение запасов в Америке на 10-15 дней влияет на цены на всем мировом рынке. Это спекулятивный рынок, который, к сожалению, легко выбить из равновесия. Сейчас самообеспеченность Америки как нефтью, так и газом, повлияла на спрос-предложение на мировых рынках. Это качнуло цены. На фоне снижения цены, будут приостанавливаться  наиболее дорогие проекты, в том числе, сланцевые. При этом ресурсная база во всем мире ухудшается,  себестоимость добычи растет. Это приведет к снижению общего объема добычи, наступит время¸ когда по мере развития мировой экономики спрос превысит предложение¸ соответственно, цена пойдет вверх. Рынок нефти очень развитый, потому что много участников и стран потребления и стран производства, при этом как я уже сказал, не эластичный.

3. Китай и Россия уже подписали несколько договоров, касающихся энергетического сотрудничества, соглашение о поставках нефти и газа является договором, который привлек наибольшее внимание. Подвергнется ли договор о российском экспорте нефти и природного газа в Китай каким-либо изменениям в нынешних условиях жесткой международной политической экономии? Может ли данный договор оказаться под влиянием политических факторов?

- Мы нуждаемся в диверсификации энергетического экспорта, в прокладывании новых маршрутов на новые рынки. В целом, это повышает надежность финансовых доходов страны, кроме того, развиваются территории.  Китай как потребитель заинтересован в надежных и безопасных поставках энергоресурсов, которые может обеспечить Россия. Поэтому о каком-то расторжении или изменении речи нет. Почему такие контракты так долго готовятся? Потому что они должны быть выверены, потому что это серьезные затраты, серьезные проекты, в которые втянуты бюджеты стран, политика, экономика компаний, люди. Это проекты все долгоиграющие, поэтому в данном случае мы говорим о стратегическом партнерстве. Другие страны не могут как-то повлиять на наши отношения в этой области.

4. Вы являетесь опытным деятелем, долгое время работающим в сфере российских энергоресурсов, одновременно Вы долгое время являлись высокопоставленным руководителем Газпрома, имеете особый          взгляд на российскую газовую отрасль. Как Вы считаете, какое значение имеет газовая отрасль для России? Какую роль она играет в энергетической дипломатии?

- В России газовая отрасль формирует региональные и федеральный бюджет, она формирует большую долю ВВП. Газ на своем пути создает рабочие места. Газ обеспечивает стабильность в любой стране. Газ – это тепло и свет, потому что   доля его в электрогенерации в стране составляет 49%, в теплогенерации – около 70%. Газ - это хлеб, потому что газ – это азотные удобрения. Газ – это металл. Газ – это и приготовление пищи в домах. Газ дает новое качество жизни человека. Газовая отрасль, которая производит этого газ, транспортирует и доставляет до потребителя, является одним из гарантов социальной, экономической, энергетической безопасности страны. Что касается роли газа в международной политике России, мое глубокое убеждение, что оснований для политизации этого вопроса для подозрений в адрес  России, что газ может использоваться нами во внешней политике,  нет никаких, об этом никогда речи даже не шло. У нас есть контракты, мы твердо их придерживаемся и повода для сомнений в нашей надежности как поставщика не давали никогда. Страны, политизирующие данный вопрос, пытаются создать негативное отношение к российскому газу и газу вообще под флагом снижения энергозаивсимости от России.  

5. Мы обратили внимание на первый, подписанный Вами в качестве председателя Комитета Государственной Думы РФ по энергетике, документ о ратификации строительства газопровода «Сила Сибири», это означает, что Вы долгое время уделяете внимание российско-китайскому сотрудничеству в области энергетики. Каким Вы видите будущее развитие сотрудничества России и Китая в газовой области? Когда российско-китайский проект о трубопроводе по «западному потоку» может быть официально запущен?

- Проект «Сила Сибири» родился не сегодня, а разговоры о нем начинались еще десять лет назад,  и весь период шли переговоры, нарабатывались контакты и решения для того, чтобы приступить к реализации этого проекта. Именно с этого контракта,  с начала поставок газа в Китай, собственно, начнется настоящее сотрудничество. Уверен, у него есть и парламентское измерение. Необходимо расширять контакты на уровне парламентов Китая и России, Комитетов  по энергетики, исполнительной власти всех уровней обеих сторон, чтобы по всем каналам сотрудничество расширялось.

Мы в этом очень заинтересованы. Сегодня ведущие российские нефтегазовые компании просят организовать возможность общения в рамках российско-китайского диалога. Они заинтересованы в этом сотрудничестве, и речь, кстати,  идет не только о больших компаниях. Так, одним из направлений сотрудничества, которое мы хотим развивать. является газопереработка и газохимия (и др.). У Китая есть большой опыт и он является поставщиком технологий и оборудования. Для нас сегодня это очень актуально.

Мы поддерживаем проведение тематических форумов, как на территории России, так и в Китае, с привлечением максимального количества участников из сфер бизнеса, науки, представителей законодательной и исполнительной власти. Форум – это универсальная,  очень эффективная форма сотрудничества, позволяющая наладить коммуникацию, обсудить актуальные темы, высказать свою точку зрения. Важно обеспечивать информационную и организационную поддержку таким форумам.

6.  8 июня в Москве состоялся межпарламентский форум БРИКС, в рамках которого, представители «пятерки» обсудили ключевые вопросы сотрудничества стран в рамках данного объединения. Как Вы оцениваете роль данного форума?

- Важно, что форум состоялся, люди встретились, обсудили стратегические подходы. Сам факт уже говорит о многом. Что касается содержательной части – пока произошел только обмен мнениями, позициями. Стратегическое сотрудничество будет расширяться, будет больше взаимопонимания,  в том числе, и в части межпарламентского сотрудничества.

Интервью: Анастасия Вольпоне  

Интервью в газете CHINA ENERGY NEWS http://paper.people.com.cn/zgnyb/html/2015-07/06/content_1584821.htm